Серая Башня

 

СЕРАЯ БАШНЯ

Повествование в трех частях. События, места и имена являются вымышленными. Любые совпадения случайны.

1. ЛОТЕРЕЯ

"Находясь внутри, совершенно не осознаешь, что ты в Серой Башне на острове посреди реки", - думал Павел, глядя в мерцающий монитор. Последние месяцы работы было не очень много, в то же время сидеть в интернете, просматривая интересные сайты, становилось все опаснее. В канун ежегодного декабрьского кризиса старшие менеджеры все чаще сновали за спинами офисных работников, выявляя бездельников, праздно использующих рабочее время. Благо в залитом искусственным светом оупен-спейсе это была легкая работа. Перегородок нет, все мониторы просматриваются на 3-5 рядов вперед.
Когда он устроился в Башню 5 лет назад, он не мог и подумать, что 90% рабочего времени будет занимать вялая имитация бурной деятельности.
Сказать, что в оупен-спейсе очень скучно, значит ничего не сказать. Разговаривать на личные темы никто не осмеливался. В серой Башне подавали голос лишь немногие менеджеры, отвечающие на телефонные звонки. В абсолютной тишине огромного зала их тихие голоса звучали величественно. Павел был не из их числа, как и большинство сотрудников, он сидел абсолютно тихо, переговариваясь с коллегами только в кафетерии или в туалете. Два года назад непродолжительное время у него был приятель - если это можно так назвать - из говорящих по телефону менеджеров, который решал вопросы взаимодействия с такими же офисными башнями корпорации, стоящими в других городах. Как-то раз за обедом этот его приятель рассказал, что истинная цель корпорации заключается в выработке боли. Что нет, мол, ничего более противоестественного для человека, чем бесполезное сидение на месте с целью созерцания монитора. Он даже называл Серую Башню фабрикой страданий. Вскоре после этого рассказа его друг исчез. Павел не сообщил о крамольных высказываниях коллеги в службу "Сотрудники предупреждают", хотя мог, а точнее был обязан это сделать по инструкции. И теперь, когда он почему-то вспомнил обо всем этом, а его техника отвлечения от рутины заключалась именно в потоковых воспоминаниях, он сделался гордым за самого себя. Приятно иметь воспоминание, что совершил что-то стоящее в жизни - хотя бы и не сдал товарища.
На столе лампочкой робко просигналил мобильный телефон. В Серой Башне не возбранялось время от времени переписываться в мессенджере. Это была Ольга.
- Экран моргнул, скоро начнется, - написала она.
Многие сотрудники знали, что редкое моргание на больших мониторах, прикрепленных к потолку в разных местах оупен-спейса таким образом, чтобы их хорошо было видно из любого места офисного пространства, свидетельствует о приближения Лотереи - события, которого все боялись и с нетерпением ждали.
Как бы в подтверждение Ольгиного сообщения раздался протяжный, оглушающий сигнал ревуна. Одновременно зажглись экраны всех многочисленных мониторов, заиграла веселая ритмичная музыка. Лотерея начиналась. Все как один офисные работники оторвали глаза от мониторов и оживились. Старшие менеджеры перестали сновать между рядами и устремились на свои пронумерованные места. У большинства на лицах появилось осмысленное выражение. В Серой Башне не было сотрудников, равнодушно относящихся к Лотерее. Никто не знал, когда она начнется. Иногда между тиражами проходили долгие месяцы, а бывали случаи, когда Лотерея проходила дважды в течение недели.
Веселая музыка прервалась так же неожиданно, как и началась, в оупен-спейсе воцарилась гробовая тишина. На экране появился седой сухопарый человек лет 65, одетый в серый костюм. Никто не знал какую должность он занимает в Башне. Его фотографии не было на интерактивной плашке 12 директоров, которая размещалась на перегородке справа от монитора каждого сотрудника.
Между собой этот загадочный персонаж называли просто стариком.
Старик вел лотерею примерно по одному и тому же сценарию, но всегда с небольшими элементами импровизации. В этот раз он около минуты внимательно и строго смотрел прямо в глаза каждому зрителю, а затем неожиданно искренне улыбнулся и пропел:
- Объявляю тираж лотереи номер 1077 открытым.
Зазвучала веселая музыкальная отбивка. Несмотря на почтенный возраст, старик бодро спрыгнул с табурета и исполнил странный энергичный танец.
- Все ли на своих местах? - спросил он у зрителей, опять приняв строгий казенный вид. - Сейчас кто-то покинет насиженное местечко.
Он захохотал и уже серьезным, полным достоинства голосом продолжил:
- Раунд первый - кандидат на вылет, определяем этаж. Резким движением руки старик раскрутил виртуальное цифровое колесо удачи. На нем в виде секторов были нанесены номера этажей башни. Номера с 1 по 12 повторялись часто по три, а то и по четыре раза. С 12 по 20 этаж по два раза, последний 21 занимал только один сектор, да и тот был раза в два уже всех остальных. Именно поэтому, когда красный сектор с надписью 21 остановился напротив стрелки, по всему оупен-спейсу пронеслось удивленное "ой".
- Определяем место на вылет, - сказал старик без всяких эмоций, как будто его совершенно не волновало, что выпал директорский этаж. В то же мгновение, цифры на барабане поменялись. Их стало столько же, сколько рабочих мест на 21 этаже - а именно 12. В этот раз колесо фортуны остановилось гораздо быстрее - выпала цифра 6.
- Теплое, насиженное место покидает широко известная, чье имя сейчас уже никому не интересно, дама под номером 6, - огласил громким голосом новость старик.
На интерактивной плашке директоров голубым свечением засветилось изображение молодой женщины с волевым и немного одухотворенным от пережитых успехов лицом. Немного поморгав, оно исчезло, а на пустующем месте появился пульсирующий зеленым цветом вопросительный знак.
- Не будем тормозить, пора социальный лифт вершить, - прокричал воинственно старик, раскручивая обеими руками сразу два барабана удачи. Один из них показывал этаж, а другой место, сотрудника, которому волею Лотереи предстояло занять пустое директорское место.
Пашка глазам своим не поверил, когда вначале выпал их восьмой этаж, а затем число 194 - номер рабочего места его соседки Ольги.
Все сотрудники в зоне досягаемости взгляда смотрели на нее.
Видимо, не поверив случившиеся, Ольга закрыла лицо руками, а когда, появившиеся буквально через минуту после оглашения замены, одетые в серебристые классические костюмы, директорские распорядители вели ее к лифту, уходящему наверх, слезы умиления потекли по щекам ее.
Оглушенный такой неожиданной новостью, Павел рассеяно смотрел обязательный к показу рекламный ролик, призывающий поступать на службу в правительственные войска.
- Устал смотреть в выключенный монитор, отсидел жопу на офисном стуле, хочешь, чтоб тебя окружали настоящие друзья, а не офисное дерьмо? - вопрошал из мониторов подтянутый, сухопарый полковник в черной ковбойской шляпе, сидящий в окружении одетых в стильную, похожую на мотоциклетные костюмы форму ребят и девчонок. - Тебя ждут в войсках уничтожения вражеских офисных башен. Твой подвиг нужен стране.
Сразу после короткой рекламы старик перешел к наиболее приятной части Лотереи - раздаче премий. В этот раз 33 премии, каждая из которых равнялась годовому заработку счастливого обладателя, падали в виде звезд на интерактивном экране.
Одна из премиальных звезд упала рядом с Павлом, врезавшись в странного бородача Михаила, сидящего через одно место от него, но это второе близкое попадание не вызвало практически никаких эмоций, так как мысли Павла были практически целиком заняты восхождением Ольги на вершину Серой Башни.
- Интересно, вспомнит ли она когда-нибудь обо мне, - подумал он и в тот же момент увидел, как прямо на его глазах портрет Ольги материализовался на плашке директоров Башни справа от монитора. На нем она выглядела взрослее и моложе, как будто страшная тайна последнего этажа башни прибавила ей грусти и печали, но грамотные косметологи-стилисты придали этим знаниям черты омоложения.
Тем временем наступил завершающий этап Лотереи - освобождению мест для свежей крови. В лифтовом холле, находящемся ровно по центру круглой Серой Башни, закопошились младшие смотрители в бежевых костюмах. Им предстояла быстрая и выверенная работа - выводить выбывших в лифтовой холл и спускать их вниз по шаропроводу.
Не все соглашались быстро и тихо покинуть насиженное место. Часто кто-нибудь пронзительно кричал, что он не успел закончить презентацию или нужно срочно отправить письмо по электронной почте. Таким приходилось разжимать крепко вцепившиеся в ручки кресел и столов пальцы, а некоторых даже насильно тащили под руки в лифтовой холл и принудительно засовывали в шары для шаропровода.
Технически освобождение мест визуализировалось в точь-в-точь как в прошлый раз. Старик играл на виртуальном рояле какую-то хорошо известную классическую мелодию. При каждом ударе по клавишам от рояля как искры отлетали виртуальные ноты, которые тут же превращались в цифры, обозначающие рабочие места сотрудников. Одна из нот устремилась прямо к Паше, превратившись в номер 195. Над его столом загорелась красная лампочка. Распорядители появились через считанные секунды, они помогли ему подняться, аккуратно свалили все личные вещи из ящиков стола в холщовый мешочек, довели до шаропровода и через минуту Пашка уже садился в шаттл у подножия Серой Башни. Он был последним пассажиром в автобусе, покидающем остров. Глядя на серые, холодные воды реки, он почему-то подумал, что сейчас на всех мониторах внутри Башни, транслируют изображение водопадов, экзотических рыб, горных вершин и прочих успокаивающих картинок, что нужно для снятия напряжение после Лотерии.





2. ПЕРЕЗАГРУЗКА

Павел как обычно приехал на работу пораньше. Путь от паркинга до входа в Серую Башню был особенно приятен. Пригревало ласковое утреннее солнышко, идеально подстриженный газон приятно благоухал росой.
Настроение было таким же прекрасным, как и погода. Трудно было даже представить, что когда-то здесь бывает зима или непогода.
Тоненький ручеек менеджеров средней ступени, следовавших от корпоративной парковки, влился в более быстрый и насыщенный поток рядовых сотрудников, высыпавших из только что подошедшего шаттла. Утром и вечером корпоративные автобусы курсировали между Башней на острове и ближайшей станцией метро каждые несколько минут, делая изолированность офисного центра относительной.
Каждый раз по пути к своему рабочему месту Павел приветствовал многих сотрудников. Работая долгое время на одном месте, а ему казалось, что он работает здесь всегда, обрастаешь множеством связей.
Войдя оупен-спейс восьмого этажа, Павел привычной змейкой между рядов добрался до своего места, по пути здороваясь за руку с наиболее близкими коллегами мужского пола и одаривая улыбками самых симпатичных девушек.
Увидев, что его рабочее место занято Настей, он слегка опешил и даже немного разозлился. В некоторых вопросах он был достаточно брезгливым. Ему было больно смотреть, как кто-то сидит на его ортопедическом, вращающемся кресле и тем более стучит пальцами по его клавиатуре.
- Настя, ты не хотела бы пойти на свое место, - сказал он после того, как смог взять себя в руки, вместо приветствия. Сказано это было слегка небрежно и совсем без наезда.
Тем не менее Настенька раздраженно захлопала длинными ресницами, на ее милом лице читалась смесь недоумения и раздражения.
- Паша, я на этом месте уже больше 2-х лет сижу, не пойти ли тебе на свое место самому, - сказала она, указывая глазами на рабочее место под номером 2002, находящееся позади нее.
Только теперь Павел заметил, что она не просто сидит на его месте, на компьютере открыта программа управления сайтом предприятия. От увиденного у него перехватило дыхание. Пашка никому не позволял заходить в систему даже когда болел или уезжал в отпуск, он управлял содержимым сайта с удаленного доступа.
И вот теперь он увидел, как Настя без зазрения совести меняет что-то в одном из подразделов главной страницы.
"Вот ведь сучка. Как ей удалось подобрать пароль", - подумал он, все еще нависая над Настей и не зная, что ей сказать.
Насте видимо уже начало надоедать навязчивое присутствие Павла в непосредственной близости от себя. Она сделала свое лицо кирпичиком, надо отметить, весьма симпатичным, и возмущенно произнесла:
- Не стой над душой, садись уже на свое место Пашечка.
Павел с ужасом заметил, что пальцами левой руки она перебирает его фишки для игры в покер.
Да, да! Она захватила его фишки. У Паши уже было несколько конфликтов по этому поводу. Звук тасуемых фишек видите ли мешал двум клушам в оупен-спейсе, и это при том, что одна из них сидела за три ряда от него. С трудом поборов желание схватить Настю за длинные рыжие волосы и вырвать из ее наманикюренных пальцев свои фишки, он с шумом сел на рабочее кресло позади своего законного места, которое так подло оккупировала Настя.
Что-что, а этого он простить никак не мог. В его отсутствие фишки всегда заперты в верхнем ящике рабочего стола, ключ от которого он и сейчас ощущал в правом кармане брюк.

Павел размышлял, могла ли она самостоятельно взломать его ящик или в этом заговоре замешен кто-то еще. На секунду он подумал, что может быть это затянувшаяся злая шутка, но тут его осенило. "Ну, конечно, она меня подсидела", - подумал он - "Но ведь как ловко, должно быть давно над этим работала. Ну ничего, я им покажу. Одна она не могла этого провернуть".
Его внутренние рассуждения прервал звонок телефона. Механически он снял трубку, в которой раздался властный голос старшей смены старших менеджеров Елены:
- Паша, я долго буду ждать отчет по качеству центрального региона за 3-й квартал?
- Сейчас я к вам зайду и все объясню, - сказал Павел. У Елены был единственный отдельный кабинет в оупен-спейсе на их этаже. В данный момент жалюзи на стеклянных стенах были открыты, и он видел ее, сидящей за столом и говорящей с ним по телефону.
- Мне нужен отчет, а не какие-то объяснения, - буркнула Елена и бросила трубку.
Между тем обстановка вокруг Павла оживилась. Сотрудники оупен-спейса, мягко говоря, побаивались старшую смены старших менеджеров. Когда она звонила кому-то на рабочий телефон, последний оживал особой трелью. Как правило, вызываемому абоненту такая мелодия несулила ничего хорошего, но привлекала внимание окружающих. Вот и сейчас, не в силах сдержать любопытство, ближайшие офисные сотрудники подслушивали разговор. Некоторые для приличия вставили в уши наушники, имитируя, что слушают музыку. Старшие менеджеры, которые обычно бесконечно сновали в проходах, тихо подошли поближе и замерли словно загипнотизированные, глядя в сторону стеклянного кабинета хозяйки.
Слушая прерывистые гудки, Паша демонстративно громко сказал:
- Да, да, сейчас я зайду и все объясню, после чего кому-то станет неповадно. - Он встал, прихватив по привычке блокнот и карандаш, как будто собирался конспектировать указания начальства, а не выяснять ситуацию, и на негнущихся ногах последовал в стеклянный кабинет. Все, включая Настю, тут же вернулись к своим занятиям и напряженно уставились в мониторы, словно ничего и не случилось. По тихим хихикающим репликам старших менеджеров Павел понял, что его грозную реплику раскусили - старшие менеджеры никогда не упускали из виду кабинет начальства, боковым зрением они видели что когда он выдавал свою тираду Лена уже бросила телефонную трубку и смотрела в окно.
Подходя к аквариуму, так про себя он называл стеклянный кабинет Елены, Павел постарался успокоиться. Он достаточно редко бывал в этом месте, но одно уяснил точно, особенно строго спрашивают с тех, кто чрезмерно робок, на них же вешают всех собак.
Чрезмерно успокоившись, он мало того, что забыл постучаться, так еще и основательно хлопнул дверью, когда заходил, чем опять привлек внимание всего оупен-спейса.
- Ты чего, ошалел? - Она развернулась, грозно сверкнув карими глазами.
Сначала Паша стушевался, но потом решил прямо, без всяких выступлений высказать свои претензии:
- Шпагина заняла мое место. Она говорит, что занимается моим проектом уже два года. Не пускает на мое рабочее место, говорит, что я качеством занимаюсь, а сайт, выходит она теперь ведет.
На лице молодой руководительницы появилось искреннее непонимание ситуации. Немного подумав, она спросила каким-то не совсем типичным для себя, возможно, более мягким, чем обычно голосом:
- Ты с Гувиным по этому поводу говорил?
Павел объяснил, что он не ребенок, и понимает, что Настя не смогла бы сама, не заручившись поддержкой руководителя департамента, занять его место. Тем более он давно подозревает, что между ними что-то есть. Они оба повернулись и посмотрели сначала на Гувина, который с победоносным видом разгуливал по оупен-спейсу, а затем на рыжую макушку Насти, Она напряженно работала, склонившись над монитором.
Удобно устроившись в своем рабочем кожаном кресле, Елена нажатием на какую-то кнопку мгновенно закрыла все жалюзи на прозрачных стенах кабинета, выходивших в оупен-спейс. Обычно это служило знаком всем руководителям департаментов и секретарю - не беспокоить ни под каким предлогом. Какое-то время она что-то искала в компьютере.
- Павел Епалов, руководитель интернет-представительства в департаменте маркетинга и стратегии, работает более 5 лет, - зачитала она.
Павел хотел, что то сказал, но она прервала его жестом, нажав одну из кнопок вызова на телефоне:
- Сережа, на 8-м опять конфликт ролей при загрузке, - сказала она не без раздражения. - Делай что хочешь, но чтоб через полчаса этаж перезагрузился...
Подмигнув Паше, она с отсутствующим видом слушала объяснения собеседника, подытожив:
- Ладно, Сережа, раз конфликт всей системы, через час должна перезагрузитсься вся Башня, фиксирую сейчас 9.30, на час я готова задержаться, но до ночи сегодня сидеть не собираюсь.

 

Читать все произведение

Категория: Мои статьи | Добавил: denisbobkin8 (04.11.2017)
Просмотров: 288 | Теги: Фантастика, гиперреализм, офисная проза | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
avatar